Category: медицина

Category was added automatically. Read all entries about "медицина".

юзерпик1

Зашитые

Друзья, представляю вам новый рассказ Саши Кругосветова «Зашитые». Эта вещь написана совсем недавно и еще не публиковалась ни в одном издании. Поэтому мнение читателей моего ЖЖ для меня особенно важно и интересно.

Саша Кругосветов, «Зашитые»

Зашитые

Владимир Иванович Меклин весьма трепетно относился к своему здоровью, в особенности – к состоянию зубов. К своим пятидесяти восьми он сохранил собственные зубы, но один из них, пальпированный зуб мудрости, был на грани – пломба выпала, эмаль потемнела, качался, имел несколько сколов, врач из районной поликлиники посчитал, что лечить бесполезно и рекомендовал его решительное удаление.

Первое удаление – Владимир Иванович решил, что этому мероприятию следует уделить самое серьезное внимание. Он обратился к своему соученику по институту Бобу Стоцкому, который был старше его на два года, поменял на импланты зубы обеих челюстей, да и вообще был по жизни очень опытным и весьма пронырливым, попадал в сотни переделок и, в конце концов, всегда выходил сухим из воды.
Collapse )
юзерпик1

Вечный эскорт - 50

Вечный эскорт - 50

42 (начало главы)

Не знаю, что со мной. Я весь горю. Никак не могу правильно оценить, не могу понять, что происходит. Вроде повидался со Стейшей. Она рада мне. Опять роман в письмах. Просто гимназисты какие-то – смех, да и только. Все-таки я решил вернуть должок Лёне Мелихову. Не должен же я подставлять вторую щеку? Перед отъездом в Майами, когда говорил с ним, он выглядел каким-то уж очень испуганным. Посмотрим, как теперь заговорит. Впрочем, может быть тогда, когда мы виделись с ним в Москве, ему показалось, что я не в себе? Похоже, у меня опять какое-то помутнение рассудка. Вообще теперь я уже ничего не понимаю. Может, Ана действительно пошутила? Очень уж я на нее напирал, а она такого не любит, вот и выложила мне эту версию, будто раньше скрывала, а теперь выложила. Да и что у нее может быть с этим слизняком? Не верится как-то. Вообще-то поколотить его стоит для острастки. Но как его поколотишь? Один раз двинуть в полсилы в скулу, он и ляжет.

В общем, я чуть было глупостей не наделал с этим Лёнькой. Прилетел в Москву. Вот, думаю, сейчас перекину деньги на карту Аны, а потом зайду к красавчику Мелихову, поговорю с ним – ну, по обстановке, не очень сурово, – и вечером – домой в Питер.
Collapse )
юзерпик1

Вечный эскорт - 33

Вечный эскорт - 33

32 (окончание главы)

Когда до посадки оставалось около двух часов, стюардессы раздали пассажирам таможенные декларации. Надо заполнить графы – ФИО, дата рождения, номер паспорта, страна постоянного проживания, адрес, где собираешься остановиться в США, везёшь ли коммерческие товары, наличные на сумму более десяти тысяч долларов и т.д.

Заполнив декларацию и несколько раз перечитав её, Герман снова повернулся к иллюминатору. Что там можно увидеть? Пелена белых облаков внизу, напоминающая снежную равнину. Опять в голове всплыли картины недавнего прошлого.

Чтобы загрузиться в Бехтеревку, нужны были справки, консультации анализы, – окулист, гельминты, билирубин, МРТ, ЭКГ, ТКДГ и прочее, и прочее – море анализов. Может, ну его? Шарил по интернету, задавал вопросы. «Это не больница, а настоящий санаторий. Если вы общительный человек, вам будет там хорошо. Доброжелательная обстановка, веселые врачи и приятные процедуры – отдых от проблем, нажитых в жизни. Само лечение будет именно в ваших руках. Все уютно, вкусно кормят. Таблетки плюс медитация (или аутотренинг, черт его знает) и психотерапия. Легкие антидепрессанты. Дисциплина там хромает – но в хорошую сторону! Так что ложитесь и будьте здоровы!». Герман подумал, что не такой уж он общительный, как кому-то показалось. Сам он определял свое состояние, как временное помрачение рассудка. Хотя врачи давали всему этому какие-то другие определения: «депрессивная триада», ангедония (утрата способности к радостным переживаниям), негативный склад мышления, заниженная самооценка, двигательная заторможенность, потеря интереса к жизни. «Относительно триады – ничего не могу сказать, все остальное – вроде, так оно и есть», – подумал Герман и решил все-таки лечь в больницу.
Collapse )
юзерпик1

Вечный эскорт - 32

Вечный эскорт - 32

32 (начало главы)

Герман проснулся. Что сейчас – день или ночь? Шторки иллюминаторов в салоне закрыты, свет выключен, все спят. Кроме неутомимого соседа с ноутбуком. А лететь еще часов шесть. Герман распечатал наушники и решил поискать фильм. Выбор был, но, пожалуй, довольно однообразный. Боевики, фантастику или что-то научно-популярное смотреть не хотелось. Истории о любви со слащавым концом – тоже. Включил давно знакомый голливудский «Титаник» – выключил после первых десяти минут. Финал известен. Она будет жить, вспоминая о нём, а он – уже нет. Живёт ли он сам, Герман, теперь, когда остался без Аны?

Посмотрел по сторонам. Немец оторвался от своего компа, открыл на встроенном в кресло экране маршрут движения самолёта и зачем-то принялся аккуратно переносить в блокнотик города, мимо которых они уже успели пролететь и мимо которых ещё пролетят по пути в Майами. Наверное, будет потом рассказывать о полёте жене или друзьям за кружкой пива, с пафосом перечисляя названия. Почему он ни разу не попытался заглянуть в иллюминатор через голову Германа? Ему достаточно самого факта, что он пролетал мимо этих мест. «Твой роман с Аной – тоже факт, свершившийся факт. Событие, которое уже произошло. Но ты летишь к ней. Зачем? Наверное, потому что не можешь не лететь», – Герман уставился в иллюминатор.
Collapse )
юзерпик1

Вечный эскорт - 27

Вечный эскорт - 27

27

Через полтора месяца у Германа была американская виза, и, повторяя путь Мелихова, он летел в Америку. Нет, он не повторял в точности путь Мелихова. Тот летел через Нью-Йорк, а Герман – напрямую в Майами. Времени было предостаточно. Вспоминал Леру, Ану, всю свою путанную, петляющую, ему самому непонятную цепочку увлечений, романов, больших и маленьких личных переживаний, благородных порывов и тихих, ежедневных предательств. Летит за тридевять земель ради того, чтобы увидеть Ану – значит, до сих пор любит, не находит себе места без нее. И Леру любит. Ну, никак не меньше, чем Ану. По-другому – но никак не меньше.

Лера все-таки остается и всегда будет его судьбой, женщиной number one! Векторы этих любовей ортогональны, Ана и Лера такие разные, обе уживаются в его сердце и, может показаться, совсем не мешают друг другу. Пять лет он любит двух женщин, мечется от одной к другой и ничего не может с этим поделать. Вот с какой стати он рванул в Америку? Почему он думает, будто его ждут с распростертыми объятиями? А если и с распростертыми... Что ему с ними делать? Вначале утонет, потом снова поймет, что дом его не плавать должен в пучинах морских, гоняясь за взбалмошной русалкой, а на берегу стоять, как и положено дому. Нет, опять он в пучину морскую... Так и будет метаться, как нечто неуважаемое в проруби. Лучше уж его бы там не ждали. Если рассуждать с холодной головой, он, конечно, хотел бы, чтобы Ана, наконец, устроила свою судьбу. Хотя бы личную жизнь. «Она этого достойна». Фу ты, черт, проклятый мем, – все в этом мире стандартизовано, все уже говорилось, что ни скажешь, что ни подумаешь – все штамп! – но она действительно этого достойна, как еще по-другому скажешь? Может, у нее там что-нибудь толковое и образовалось. Было бы неплохо... На самом деле ему тоже было бы спокойней.

Collapse )
юзерпик1

Возвращение домой - 2

Возвращение домой - 2

Шельгу с пилотами ждал катер, который доставил их к участку суши, не закрытому снегом и льдом. Скальные обрывы, острые камни, в расщелинах которых рос колючий луговик.

Федор вышел на берег. Казалось бы, счастливый момент возвращения домой. Три годы обратного пути в небольшой кабине челнока. Три года он делал все возможное, чтобы не превратиться в закостеневшую мумию. Включал плазменный двигатель для имитации силы тяжести, работал часами на тренажерах. Три года в ограниченном пространстве, почти два из них – без напарника, совсем один, только от этого можно было сойти с ума. А теперь твердая земля под ногами. Но в душе не было счастья. Голова кружилась, ватные ноги не слушались. Его дом остался там – на большом космическом корабле, в колонии на Тау Кита, вместе с братьями Ветровыми.

Пилоты заметили, что Федора покачивает, подхватили его под руки. Идти пришлось недолго. Среди нагромождения камней они обнаружили восьмигранную, стеклянную пирамиду размером около шести метров в основании и чуть больше метра высотой. За пыльными, стеклами – темнота. Что-то ему это напоминало. Очень похоже на то, что он видел в колонии землян на Луне. Шлюз. Но зачем здесь на Земле шлюз, отсекающий атмосферу подземных коридоров от атмосферы планеты? Зачем здесь что-то прятать под землей? И есть ли там вообще какие-то подземные коридоры?
Collapse )
юзерпик1

Встань и иди

И, взяв девицу за руку, говорит ей: "талифа куми", что значит:
девица, тебе говорю, встань. И девица тотчас встала и начала ходить, (Мар.5:35-43)


В темноте

Что такое темнота? Я поднимаю веки, открываю глаза. Опускаю веки, закрываю глаза – без разницы. Чувствую только движение век, а ничего не меняется.

Что же такое свет? Говорят, что он, свет, тоже может быть разным. Есть еще цвет. Свет и цвет. Родственники. Ц-с-вет. Разница в одной букве. Почти без разницы. Что же это такое?

Мишка, приятель из группы мальчиков, пытался объяснить. Он, как и я, не видит. Но не от рождения. Стал таким. После автомобильной аварии. Сильное сотрясение. А потом постепенная потеря зрения. Но он помнит. Как выглядит лес. Как выглядит море. Я тоже знаю, как выглядит лес. Но по-своему. Мягкая трава, эхо, шум деревьев, или это шум ветра? Неважно – шум леса. Кузнечики. Посвисты. Пробегающие мимо – то ли люди, то ли животные какие... Говорят, что кабаны. Шуршанье и гудение мух, комаров, гнуса.
Collapse )
юзерпик1

Остров Мория. Благость изгнания

Дорогие френды! С волнением представляю вашему вниманию мой роман Остров Мория. Вверяю сие творение в ваши руки. И как вы решите, так и будет.

Искренне ваш, Саша Кругосветов.




Остров Мория. Пацанская демократия




Рассказ о путешествии капитана Александра на остров Мория, о необыкновенной жизни и подвигах Великого Федерального Канцлера этого острова, несгибаемого государственника, магистра юридических и богословских наук, профессора боевых искусств стиля Нельзя, простого парня с рабочих окраин, «великого и ужасного» Ганса ГАНСа, о жизни его Братанов, четких пацанов кооператива «Лужа», о жизни пастуха бездны Симона Рыбака, чернеца Световида-воина, а также о жизни прекрасной Беллы Кулы, вновь явленной нам божественной Мории.


Санкт-Петербург

2012 г
Collapse )