?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Вечный эскорт - 12

Вечный эскорт - 12

Часть 2. Ундины, кто они?

12

Осень 2008 года. Герман в те годы довольно часто выезжал на различные вставки с Продюсерским центром Векшина. На этот раз он участвовал в огромной Московской книжной ярмарке, организованной на ВДНХ. Остановился недалеко, в гостинице «Космос», когда-то шикарной по советским меркам, а сейчас довольно посредственной, запущенной и даже, можно сказать, провинциальной. «Какая разница, – подумал он. – Все равно, с утра и до позднего вечера буду на выставке. В отеле – только переночевать. Зато совсем рядом».

Созвонился с девушками из Продюсцентра, организаторами выставки, договорился, что подойдет к входу и ему вынесут пропуск и бэдж участника. «Вас встретит Анастасия Штопорова». По некоторым проектам Продюсцентра, к которым Герман имел какое-то отношение, мелькало уже это корявое и неблагозвучное сочетание имени и фамилии. Когда у входа появилась и, не задумываясь, прямо к нему направилась высокая девушка с обворожительной улыбкой, до него дошло: «Настасья Филипповна собственной персоной».

– Здравствуйте, Герман Владимирович, – подошла и просто подала руку. – Ана!

– Анна?

– Не Анна – Ана! – последовал довольно жесткий ответ.

«Настасья Филипповна, ее характер». Сердце бьется – непонятно, отчего его сердце так стучит? Одета просто, без претензии – обычный свитер, банлонка, короткая курточка».

– Почему Ана? – Анастасия?

– Анастейша, лучше просто Ана. Пошли, пошли, все уже в сборе. Скоро презентации начнутся и другие мероприятия. Я слышала о вас. С вашей книгой работала Верочка Осенняя, ей все понравилось. Там почти нет редактуры. А читать интересно. Она – опытный редактор, сказала, что у вас огромный бэкграунд.

– Не люблю на вы и по имени отчеству не люблю, лучше на ты и по имени.

– Хорошо, договорились.

Герман окунулся в суматоху выставки. Презентации, выступления авторов. «Надо бы послушать важных персон на главных стендах – вице-премьер, Дима Быков, Мария Га́лина. На маленьком стенде Векшина – более двадцати авторов. Надо бы их тоже послушать – поддержать нашего брата, товарища по перу. Да и самому почитать что-то из собственной “нетленки”».

Шум, шипение, штормовые удары накатывающихся со всех сторон звуковых волн, безостановочное напористое вещание с больших общероссийских стендов. Приходят какие-то важные персоны. Вокруг всегда куча людей – посетителей, молодых авторов. На стенд заглянул сам Степан Репнов, легенда российской фантастики, зашел не один – со свитой продюсеров и других известных мастеров русской словесности. Для гостей припасено множество спиртного разной крепости. Закуски. Разливается шампанское. Кто-то готовит бутерброды с красной икрой, с корейкой. Режут салями. Заходят чьи-то знакомые. Случайно заглянувших посетителей атакуют молодые авторы и сценаристы, втискивают им свою свежеиспеченную типографскую продукцию. Незнакомый поэт, маленький, с огромной шевелюрой, собрал вокруг себя иностранцев и детей, с пафосом декламировал стихи Маяковского, перекрикивая весь этот шум-гам: «Ночью хочется звон свой спрятать в мягкое, в женское...» Почему именно Маяковского? – говорят, от поэта с шевелюрой недавно ушла жена.

– Ну как, весело? – спросил кто-то Германа. В воздухе на мгновение повисла блистательная улыбка Аны и, не дожидаясь ответа, медленно растворилась.

Когда Герман читал вслух свои тексты, вокруг стоял жуткий грохот. Внимательно слушал его только Алик Цукерман, один только Алик. Выслушал до конца и серьезно прокомментировал. Сказал, что прочитано отменно. Что текст изрядно хороший, есть ряд нарушений логики, но это непринципиально.

На стенд пришли представители охраны выставки, сказали, что по заявлению организаторов соседних стендов. Что здесь слишком шумят, плюс – распитие спиртных напитков. Что один стул стоит не на арендованной территории, занимает часть прохода. Приходили не один раз. Векшин все это как-то смягчал, спускал на тормозах.

Появлялись новые люди, им тоже наливали. Не только шампанского, но и беленького. Обсуждали новые направления, слияние игр и фэнтези-фильмов, сжатие рынка бумажных книг, проведение новых конвентов.

Когда Ана в очередной раз вынырнула из толпы с какими-то бумагами, Герман успел поймать ее за руку: «Пойдем, попьем кофе». К ним присоединился Алик. Нашли свободные полстолика. Туда с трудом втиснулись Алик с Аной. Герман взял у барной стойки три пластиковых стакана кофе, сахар, ложечки. Два стакана поставил вместе с мелочью сдачи на картонное блюдце. Когда приподнял блюдце, оно согнулось, один стаканчик упал на бок, пролился, обжег руку. Отнес два стакана к столику. Сходил за кофе для себя, заплатил еще раз. Герману не нравилось, когда он чувствовал себя неловким. Плохая примета. Побаливала обожженная рука. Хотя это такие пустяки. Почему он вдруг придает значение какой-то ерунде? «Придаю значение тому, как взял, как принес. Будто бы это первое в жизни знакомство с девушкой. Словно мне 18, а может, и 16. Словно предчувствие чего-то».

– Герман, пошли в вестибюль, там прохладней, да и курить разрешается. Не куришь? Пойдем, постоишь со мной. Иди сюда. Вон тот, видишь, Антон Синельников, не знаешь? Круче его сейчас нет. Вхож во все издательства, на центральные каналы TV, во все СМИ. И у нас, и за рубежом. Миллионами ворочает. Продюсер самого Степана Репнова. Привет, Антон. Это Герман, – Антон нехотя подал Герману теплую, анемичную руку, напоминающую пустую меховую варежку. – Помоги ему, он пишет классные книги. Только что вышла последняя, «Китовый ус» называется. О чем пишет? О китах, о людях. Пишет, что у китов такое же мышление, как у людей. Но у нас, видишь ли, разная судьба. Поэтому и не понимаем друг друга. Помоги ему, обещаешь? Постойте здесь, поговорите, у меня дела на стенде. Векшин съест, если что-нибудь пойдет не так или вообще сорвется.

Антон испустил неопределенные звуки горлом, напоминающие первые пассажи певца перед распевкой.

– Вы приглашены на выставку?

Кивок Германа, видимо, не произвел убедительного впечатления. Прозрачные водянистые глаза Антона действовали наподобие холодного патологоанатома, выполняющего острыми ножничками аккуратные пробные срезы тканей с изучаемого объекта.

– А то тут всегда крутится куча всякой швали и случайных личностей, которых никто не звал. Давно знаешь Ану? А ты с ней не того? – колись.

– Да нет, только познакомились. Я только-только из Питера прибыл; Векшин представляет мои последние книги. Ана, как я понял, отвечает за работу с авторами на стенде Продюсерского центра.

Ответ показался Антону обстоятельным и доскональным, он заметно успокоился и повеселел.

– Как тебя зовут, – Берман? А-а-а, я думал, это фамилия. Извини. Понял, понял. Не Берман, а Герман. И не фамилия, – имя. «Что наша жизнь? Игра! Добро и зло, одни мечты. Труд, честность, сказки для бабья, кто прав, кто счастлив здесь, друзья, сегодня ты, а завтра я»[1]. Правильно, Герман? – «сегодня ты, а завтра я». Хорошая бабенка, верно? Ну, Ана, мы о ней говорим.

Антон внимательно посмотрел по сторонам:

– Бардак, рынок, сарай, вавилонское столпотворение, – он выдавливал из себя формулировки, словно кусочки пасты из тюбика. – Баба не умеет жить, даже когда есть деньги. Зачем вообще она вписалась во все это, объясните, кто знает?

Ронял слова осторожно и скупо, будто одаривал. А пепел, наоборот, сбрасывал небрежно, прямо на пол. Похоже, он был немного подшофе.

– Ты думаешь, она того или не совсем?

– Чего не совсем?

– Выдрючивается?

– Я бы не сказал. Мне кажется, она держится естественно.

– Зря ты так думаешь. Постоянно комедию ломает, клоунада такая. Хотя, наверное, ты прав. Она не кривляется. Потому что на самом деле такая. Чокнутая. Вбила себе в голову – свобода, чакры. Муть всякая – школа Ошо. Ее не переубедить. Уж, как только я ни старался. Гутцериев тоже старался, а Гутцериева все уважают. Хотел жениться. Сам Сафарбек Гутцериев предложил ей стать второй женой. Я знаю Сафарбека. У нее было бы все: дворцы, машины, яхты, шикарные выезды за рубеж. Она отказалась – представляешь? Малахольная. Гутцериев потащил ее к психиатру. Все только руками разводят. Невозможно выбить из нее эту ерунду. Попробуй ты. Если уж втемяшила...

Ну ладно. Она классная. Не думай, что у нас что-то. Просто она классная.

А я ей помогаю. Совершенно бескорыстно. Потому что я такой человек. Умею ценить в людях... как бы это сказать? – изюминку, что ли. У нее это есть. В ней что-то есть. Не такая, как все. Можно сказать, что я ее люблю, искренне люблю. Потому что человек чуткий. Иначе ее не оценишь. Надо быть немного поэтом, лириком. А вообще-то ее все любят.

Можно для нее в лепешку разбиться, а благодарность, – тьфу, плюнь и разотри – как сопли на бумажной салфетке.

Ну, к примеру, что она сегодня собой представляет? Такие, как она, кончают снотворным. Или передозировкой марихуаны. Да нет, не думай, она не злоупотребляет. Раньше баловалась иногда. Но такие именно и кончают таблеткой или плюхой. Не будь я Синельниковым, или как говорят, Синькой, если я не прав. Причем, те, что кончают, они не чокнутые, а эта – чокнутая.

– Зато молодая и красивая, – ответил Герман. – У нее все впереди.

– О, хватил. Ей 31, может, и 32 уже. Молодая. Если ты о будущем, опять ошибочка вышла, залипон, можно сказать.

Синельников курил сигареты – одну за другой.

– В свое время я много сделал, чтобы протолкнуть ее на TV, сама не захотела, ушла к Векшину работать. «Хочу заниматься книгоизданием и точка. Типа – у Векшина прикольно. У Векшина авторы – все, как один, прикольные. И никто не клеится». Сколько мы все занимались, чтобы пропал ее сибирский акцент. А она к Векшину.

– Есть еще акцент.

– Это от ее английского.

– Говорит немного манерно.

– Нет, это не манерная речь, это от привычки к английскому. В общем так. Она могла стать ведущей передачи «Спокойной ночи, старики». Попала в струю. Ей заинтересовались. Если уж повезло, лови удачу, а не строй из себя норовистую кобылку. Спросите Дану Горячеву. А Дана была звездой. И сейчас звезда. О ней все пишут. Сколько раз, с кем. Как она чуть концы не отдала после восьми часов трахтенберга. Вот ведь ей жеребчик попался. Она и сейчас звезда. А Ана не была звездой. Фотопробы прошли, голос пописали. Но это было до «Спокойной ночи, старики». А там она вполне могла бы стать ведущей. Ей тогда лет двадцать пять было. Могла стать ведущей. Я-то знаю, потому что мы с Гутцериевым ее и проталкивали. У нее свой стиль. За живое берет. Мы ее натаскивали на Лену Летучую. Но у нее есть что-то свое. Большие люди ей заинтересовались. И, в конце концов, сам Гутцериев, олигарх, между прочим, уважаемая личность, хотел на ней жениться. О чем еще может мечтать такой продюсер, как я? И вот теперь «Спокойной ночи, старики», ты видел? Суперпередача. Там играют Ширвиндт с Державиным. Приглашают Табакова и Басика. Я разрываюсь на части, все улажено. Она приглашена на роль ведущей. И на тебе – звонок. «Алло, слушаю». «Синек, это Ана». «Ты совсем будто издалека». «Да, я в Гонолулу». «Какого черта ты в Гонолулу, если завтра у тебя прогон? Прогон первой передачи. И не в Гонолулу, а в Москве». «А я в Гонолулу, потому что никогда не была на Гавайях, милый. Ты не представляешь, как здесь хорошо. Тепло, солнце, море. Ты не представляешь, как я люблю море». «Дуй на самолет. И чтобы завтра была здесь». «Не хочу». «Ты что творишь, дрянная девчонка?» «Любишь, чтобы во всем был порядок? А мне этого не надо». «Что же тебе надо?» «Если бы сама знала... Обещаю, ты будешь первым, кому я об этом расскажу».

Антон бросил недокуренную сигарету на пол и стал разминать ее носком подошвы. Он явно был не в себе.

– Что ей надо? Вот эта вот никчемная тусовка. Куча людей, которых никто не звал. Жить на подаянии. Так ведь и есть. Всегда есть кто-то – оплачивает ее одежду, рестораны, поездки. Шиться с подонками, с заезжими поп-звездами. Она же дружит с этими голубыми дрянями – Элтон Джон, Майкл Стайп... Может, ей еще орден за это дать? Орден Кирилла и Мефодия или орден Бориса и Глеба? Ведь могла же выйти за Моххамеда...

– Простите, не знаю, кто этот Моххамед.

– Это тебе не Гутцериев какой-нибудь. Если ты не знаешь Мохаммеда, то и об Ане, считай, тоже ничего не знаешь. Года три назад сам наследный принц Мохаммеда бен Хамада бен Мохаммеда эмирата Фуджейры предлагал уехать с ним. Тоже что-то у них не срослось. Она сказала, что всегда заранее знает, какой потенциал ее отношений с мужчиной. С Моххамедом, она сказала, потенциал – максимум год, а то и меньше. Они дружат до сих пор. В переписке состоят.

Антон прикурил очередную сигарету. Долго пускал кольца. По-видимому, это его немного успокоило, на лице появилась улыбка – неожиданно обезоруживающая и кроткая.

– Я думал, ты сможешь на нее повлиять. Образумишь, пока не поздно. Она любит писателей.

– Ты же сказал, что уже поздно.

– Ну, я еще вполне мог бы устроить, чтобы она вела передачу. Честно говорю. Я, в самом деле, ее люблю.

– Кому вы здесь кости перемываете? – спросила подошедшая к ним Ана.

– Говорю, что ты чокнутая.

– Герман знает.

– Зато ты не знаешь.

– Дай мне огоньку, милый. Я не тебе, а Герману. Ты такой скучный, Синёк, всегда чем-то недоволен. Синек – зануда. Но знает уйму телефонов. Какой телефон у Балхашского?

– Отстань.

– Я не шучу. Позвони Сене Балхашскому, расскажи, какой гений наш Герман. Он написал кучу прекрасных рассказов. А ты, Герман, помолчи, это ведь я говорю, что ты гений. Ладно, Синек, что ты можешь сделать, чтобы Герман разбогател по-настоящему?

– Позволь уж нам самим договориться.

– Помни, я его агент. Ты передо мной отвечаешь за его успехи. Так что уж постарайся, как следует тому быть, – сказала и опять растворилась в толпе.

– «Что верно – смерть одна, как берег моря суеты. Нам всем прибежище она, кто ж ей милей из нас, друзья, сегодня ты, а завтра я». В общем, так, Герман. Понимаю, ты, конечно, не олигарх. Тем не менее, учти. Если провожаешь на такси, дай девушке на машину хотя бы пять тысяч, не скупись. Вино в ресторане она заказывает стоимостью пять-шесть тысяч за бутылку, это минимум. Если будешь карточкой рассчитываться за ужин, оставь чаевые наличными хотя бы две-три тысячи, в баре тоже оставляй хорошие чаевые, хотя бы сто долларов. Если, конечно, хочешь дружить с ней, она любит, чтобы все было на уровне.

Синельников загасил сигарету и отошел. Герман долго еще бродил по вестибюлю, размышляя о том, что вот он совсем рядом этот мир, в котором живут миллиардеры, наследные арабские принцы и поп-звезды, где даже обычные парни дают девушке на такси минимум пять тысяч рублей, а чаевые в баре оставляют от ста долларов. Герман считал себя обеспеченным человеком и никогда не был жмотом, но он явно оказался бы чужаком в этом мире. «Может, Антон перегибает палку? Если она такая крутая, что делает здесь, на выставке? – здесь все довольно демократично».

– Ну, что, Герман, договорились с Антоном?

– Может, и договорились, время рассудит. Пойдем вечером, посидим в «Космосе», поужинаем. Это совсем рядом.

Так получилось, что в бар «Космоса» пошло несколько человек. Взяли кофе и простенький перекус. Что было в баре, то и взяли. Потом все разошлись, Герман с Аной остались вдвоем. Сидели допоздна. Она несколько раз выбегала курить на улицу, он провожал ее. Вызвал такси. «Пожалуйста, Ана, не надо открывать дверь машины, если я рядом. И закрывать дверь тоже не надо. Если это я могу сделать». Ана попросила таксиста подождать минуту. Порывисто выкурила половину сигареты, бросила остаток в урну. Герман обнял ее, притронулся губами к уголку рта. «До завтра, Ана». «До завтра, Герман». Все получилось очень целомудренно.

– Тебе куда ехать? А, совсем недалеко. Хватит тысячи на дорогу?

– Конечно, хватит, спасибо, милый. Было весело, до завтра.

«Выходит, Синёк меня на вшивость проверял, припугнуть хотел. А, может, просто выпил лишнего, и сам плохо понимал, что говорит, – подумал Герман. – Хотя ничего точно не известно, поживем, увидим».

Назавтра день был тоже хлопотливый. Выступали, шумели. Герман с Аной пару раз выходили пить кофе. Вечером выставка заканчивалась. Договорились встретиться на корпоративе в ресторанчике где-то на отшибе огромной выставочной территории.

Векшин припарковал свой Опель под запрещающим знаком. Автомобиль эвакуировали, Герман принял участие в поиске машины, вызволении ее с штрафстоянки, пришел в ресторан вместе с Векшиным и с большим опозданием. Там уже отгремели речи, вовсю пили, закусывали.

Ана появилась в коротком платье в обтяжку. Фантастически длинные ноги, открытые ключицы, гордая посадка головы, обтянутые скулы аскетичного лица. Маленький поэт, читавший на выставке Маяковского, присвистнул: «Ну, вылитая Клэр Форлани[2]. Да, Ана, на тебе хочется сразу жениться, и как можно скорее. Прямо сейчас и немедленно». За столом было несколько великих – настоящих небожителей собственной персоной. Кто-то уже лыка не вязал, кто-то с кем-то целовался. Векшин сходу включил максимальные обороты и вскоре сравнялся по степени вменяемости с остальной компанией. Он постоянно поднимал тост за Ану: «Потому что она свой парень, и на нее можно во всем положиться, она не подведет».

Герман с Аной пили мало, им было здесь неинтересно. Опять пошли в «Космос». И там немного поболтали. Герман вызвал такси.

– Хотелось бы еще увидеться, Ана.

– Приезжай. Кстати, у меня скоро день рождения.

– Если пригласишь, приеду.

– Не люблю проводить ДР в Москве. Хорошо было бы уехать на пару дней.

– Может, съездим куда-нибудь вдвоем?

– Может быть, почему и нет? Ты когда из Москвы?

– Завтра. Утром у меня запись на радио, буду начитывать тексты для радиопередачи. А потом на вокзал.

– Позвони, когда поезд будет в Петербурге.

– Ты беспокоишься? Все будет в порядке, что может случиться?

– Просто хочу, чтобы ты позвонил, когда будешь на перроне в Петербурге.

Герман позвонил, как только приехал. И вечером того же дня. И следующим утром.

– Почему бы тебе не провести день рождения в Петербурге? Я приглашаю. Это мой подарок – гостиница «Европейская» и билеты в оба конца.

Ана обрадовалась. Герман подумал о том, почему он ни разу за эти дни не вспомнил о своей Лере? И как он сможет встретиться с Аной, ведь дома его будет ждать жена.

Приехал домой. Рассказал о поездке. Расспросил об Андрее. На следующий день пошел на работу. Все, вроде, шло, как обычно, своим чередом. Но думал он только о тающей в воздухе улыбке Аны. Это означало только одно. Он изменил Лере. Неважно, что ничего не было. «А Я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем»[3]. Он изменил. Впервые за пятнадцать лет.



Примечания

1. Ария Германа из оперы «Пиковая Дама».

2. Английская актриса. Наибольшую известность получила благодаря ролям в фильмах «Хулиганы», «Знакомьтесь, Джо Блэк», «Холлэм Фоу», «Баския» и «Бэзил».

3. Евангелие от Матфея 5:28.

Comments

( 34 comments — Leave a comment )
Page 1 of 2
<<[1] [2] >>
saraphze
Jun. 17th, 2018 08:04 pm (UTC)
Вот какой Анастейша показалась Герману при первом знакомстве. Похожей на Настасью Филипповну из романа "Идиот" Достоевского. Интригующий образ! Однако Настасья Филипповна никому счастья дать не смогла, только одни несчастья принесла двум любящим ее, весьма достойным мужчинам. Как бы и Анастейша не оказалась такой же роковой женщиной для Германа.
И ведь он сразу настолько подпал под ее чары, что дальнейшее было предрешено. Вернувшись домой, Герман понял, что изменил Лере, ему от этого тяжко, но поделать он ничего не может и будет продолжать изменять. Как говорится, судьба.
krugo_svetov
Jun. 20th, 2018 11:14 am (UTC)
Согласен, они в этом похожи - Ана и Настасья Филипповна - никому не принесли счастья.
ninafk
Jun. 17th, 2018 08:40 pm (UTC)
"На стенд пришли представители охраны выставки, сказали, что по заявлению организаторов соседних стендов. Что здесь слишком шумят, плюс – распитие спиртных напитков".
Видно, что собравшиеся на стенде Продюсцентра отрывались на выставке, как положено:) И, наверное, Векшин сам любит хорошо выпить, раз не запрещал остальным. А организаторам близлежащих стендов можно лишь посочувствовать: ведь от них, наверное, читатели разбегались из-за шума и гвалта по соседству.
Что же касается Германа и Аны. По моим ощущениям, он влюбился в нее буквально с первого взгляда, и дальнейшее развитие их отношений, как говорят в таких случаях, зависело лишь от нее.
krugo_svetov
Jun. 20th, 2018 11:15 am (UTC)
Да, это похоже - влюбился с первого взгляда.
timerlan88
Jun. 18th, 2018 09:19 am (UTC)
Почему-то мне кажется, что Антон Синельников с три короба наврал про Анастейшу. Ну прямо такая крутая, что в нее влюбляются олигархи и принцы! Не верится. Антон просто хотел отпугнуть Германа от нее. Видать, она самому Антону нравится, вот он и распугивает потенциальных соперников. А в Германе он такого соперника почувствовал, ведь Антон все-таки опытный мужик, знает жизнь и людей. Но и Герман не глупее него. Послушал, покивал и решил делать то, что считает нужным.
krugo_svetov
Jun. 20th, 2018 11:20 am (UTC)
Возможно, Антон действительно пытался раскрутить Ану и, естесственно, заработать на этом. Возможно, она ему действительно непонятна - не пошла в свое время по обычной дорожке раскрутки медиа лиц. Не исключено, что и лично она его немного затрагивает, но не может к ней подступиться в этом смысле. Образ Синельникова не будет раскручиваться. Мне кажется, это допустимо - оставить читателю самому додумать до конца этот образ. Тем более,что и с самой Аной все пока очень неясно.
jenitomi
Jun. 19th, 2018 01:34 pm (UTC)
Да уж, околдовала Анастейша Германа. Как увидел ее, забыл обо всем остальном. И даже в Петербург пригласил, что, на мой взгляд, очень нехорошо и некрасиво по отношению к Лере.
А Анастейша обрадовалась. И мысль о жене Германа, разумеется, даже не пришла ей на ум. Плевать ей на такие мелочи, главное - свои удовольствия.
И ее тяга к свободе. Конечно, это достоинство. Но в то же время повышенная тяга к свободе говорит о том, что человек не желает нести никаких обязательств, а хочет жить только для себя. А Герман ведь совсем не такой. И получается, что в главном они с Анастейшей не сходятся.
krugo_svetov
Jun. 20th, 2018 11:24 am (UTC)
Вы затронули интересный вопрос. Тяга к свободе сопряжена с желанием уйти от обязательств. В рассказе Третья встреча это обсуждается с формулировкой: стереть свое прошлое. Это оказалось невозможным. Отказываясь от прошлого, а значит и от обязательств человек совершает ради принципов насилие над собой, то есть действует не как свободный человек. Человек бесконечно может идти к свободе и никогда ее не достигнет.
oxana_vesna
Jun. 19th, 2018 04:02 pm (UTC)
Какой непорядочный человек этот Синельников! Вроде как восхищается Аной, но попутно говорит о ней гадости, называет чокнутой и пророчит плохой конец. Такое поведение нельзя назвать мужским, так ведут себя только опошлившиеся деревенские бабы. Кстати, баба - одно их любимых словечек Антона, как я заметила. Только он не осознает, что бабы - это не женщины, которых он так называет, а он сам. Я бы на месте Германа не стала иметь дела с таким человеком. Может наобещать, вытянуть денег, а потом не помочь Герману в продвижении книг.
krugo_svetov
Jun. 20th, 2018 11:42 am (UTC)
Ну он так говорит грубовато - баба. На самом деле он Ане симпатизирует. И не может понять, почему она не следует таким правильным его, Синельникова, рекомендациям.
yurbashi83
Jun. 19th, 2018 05:59 pm (UTC)
Я смотрю, книжная ярмарка проходила весело. И такое впечатление, что авторы и издатели заботились больше о том, как хорошо попить-погулять, а не прорекламировать книги читателям. Хотя по стенду Векшина нельзя обо всех судить. И недаром соседи бросились жаловать охране. Они-то, может быть, как раз серьезные задачи решали, а неуемные векшинские портили им всю малину.
Но почему Ана работает у Векшина, отвергая более выгодные предложения? Значит, такая компания ей по душе, здесь она чувствует себя комфортно. И свободно. А свобода для этой загадочной девушки, судя по всему, является главной ценностью. Неудивительно, что придавленного платформой Германа так к ней потянуло.
krugo_svetov
Jun. 20th, 2018 11:44 am (UTC)
Часто бывает, что работа, где ты оказываешься, выбрана в силу случайного стечения обстоятельств. Почему она не уходит? А где лучше. В издательских бизнесах везде сейчас куча проблем.
chubarin
Jun. 19th, 2018 06:47 pm (UTC)
Интересно как получается! С одной стороны, мы узнали об Ане много нового. А с другой, все еще больше запуталось. Такому типу, как Синельников, верить нельзя ни на грош. Видно, что он трепач и сплетник. И, возможно, Ана отказалась от его протекции, чтобы не расплачиваться за помощь натурой, а вовсе не потому, что ей не хотелось попасть на ТВ. А Синельников мечтал стать ее любовником, вот он теперь и мстит ей, сочиняет разные небылицы.
Так что пока я делаю об Ане только три вывода. Первый - она необыкновенно обаятельная девушка. Второй - она умная. И третий - она не из тех, кто готов продаться ради карьеры. По-моему, неплохой портрет.
krugo_svetov
Jun. 20th, 2018 11:48 am (UTC)
Согласен, портрет неплохой получается. Можно сомневаться только, хорошо ли она поступает, связываясь с женатым мужчиной. Но так поступают все. Вернее - подавляющее большинство. Она из тех, кто берет то, что считает интересным для себя.
gisellevv
Jun. 19th, 2018 08:18 pm (UTC)
Настасья Филипповна... Не очень приятная ассоциация, я бы сказала. Конечно, Герман - не князь Мышкин, он гораздо крепче, и психика у него устойчивей. И все-таки от этого имени повеяло тревожным предчувствием.
А сама Анастейша показалась мне в этой главе очаровательной и немного скользкой. Ну, точно русалка! Завлечет, заманит в морские глубины и погубит. Правда, у Германа есть Лера. И это хорошо. Это поможет ему удержаться в сложный момент на поверхности, а не утонуть в погоне за пленительным миражом.
krugo_svetov
Jun. 20th, 2018 11:51 am (UTC)
Здесь у меня будет много женской психологии. Мне особенно интересна женская реакция на то, хорошо ли я понимаю женщин, которых взял в литературную обработку. А вообще мне особенно нравится разрабатывать женские характеры. Вопрос только, насколько мне это удается.
ger0y
Jun. 21st, 2018 08:20 am (UTC)
У меня такое впечатление, что это Ана старалась завлечь Германа во время ярмарки, а не он ее. Наверное, ей ужасно понравились его книги, вот она и заинтересовалась их автором. Ну и Герман, конечно, мужик что надо, не чета раздолбаям и выпивохам из творческой тусовки. И даже Антон Синельников. Не знаю, насколько он крут, но чувствуется, что человек он гнилой.
krugo_svetov
Jun. 22nd, 2018 05:09 am (UTC)
Синельников, к сожалению, больше не появляется. Так что мы с вами не узнаем подробности и не сумеем до конца разобраться в его характере. А завлекала ли Ана Германа? Думаю, что она по характеру охотница и пускает свои стрелы почти на автомате. Но Герману она, видимо, дала почувствовать, что у него есть шанс.
kittisakte
Jun. 21st, 2018 10:04 am (UTC)
"до него дошло: «Настасья Филипповна собственной персоной»."
Тут за Германа прямо страшно становится. Тем более что плохая примета случилась при знакомстве, Герман обварил себе руку, когда нес кофе к столику. Ох, чувствую я, не кончатся их отношения с Аной благополучно, когда Герман отыщет ее в Майами. Только бы с ума не сошел, как бедный князь Мышкин.
Синельников, что и говорить, неприятен. Но и вокруг Настасьи Филипповны не лучше типы крутились, так что ничего удивительного.
krugo_svetov
Jun. 22nd, 2018 05:10 am (UTC)
Все только начинается. Так что мы с вами еще узнаем много нового.
goodsmoker
Jun. 21st, 2018 11:54 am (UTC)
Если рассмотреть эту книжную ярмарку как некую локацию особого мира, то можно сказать, что Герман оказался здесь чужаком. И еще, как ни странно, к его миру гораздо ближе, чем к выставочному, Алик Цукерман, который единственный внимательно слушал выступление Германа.
А вот Ана, как и положено русалке, свободно плавает из мира в мир. На выставке успевает все, что нужно. Векшин говорит о ней, что она свой парень, и на нее можно во всем положиться. Но своим человеком она оказалась и для Германа. Вот только, на самом деле, своя ли она для него, да и для остальных? О книге Германа она говорит: "Пишет, что у китов такое же мышление, как у людей. Но у нас, видишь ли, разная судьба. Поэтому и не понимаем друг друга". Есть у меня ощущение, что сказанное про китов столь же верно и про русалок.
krugo_svetov
Jun. 22nd, 2018 05:14 am (UTC)
Интересное размышление. И о мирах выставки и главного героя. И о мирах, в которых свободно перемещаются русалки. Русалки и люди не всегда и не во всем понимают друг друга.
djylija
Jun. 21st, 2018 12:27 pm (UTC)
Мне тоже показалось, что Ана была заранее расположена к Герману и еще до личного знакомства испытывала к нему симпатию. Поэтому их отношения завязались легко и непринужденно, словно сами собой.
И в кого же еще было влюбиться Герману, если ни в девушку, всколыхнувшую давние мечты о русалках? Да еще не просто русалка, а Настасья Филипповна! Двойная притягательность получается.
Ну а в окружении Аны тоже не обреталось мужчин интереснее Германа. Богаче, может быть, находились, а вот интересней, умнее - едва ли.
krugo_svetov
Jun. 22nd, 2018 05:15 am (UTC)
Будем считать, что все было предопределено заранее. Так звезды сошлись.
ilich72
Jun. 21st, 2018 02:06 pm (UTC)
Вы писали, что не можете дать однозначный ответ на вопрос, насколько одушевлена Ана. Так что же, герой может и ошибаться, сравнивая её с Настасьей Филипповной? У героини Достоевского ведь однозначно была душа - надломленная, больная и одновременно невероятно притягательная. Да, наверное, Герман ошибается. Настасья Филипповна почти сознательно разрушала свою жизнь и жизни других. Ей нравилось быть жертвой и одновременно палачом. Она упивалась своим роковым падением, вкладывая всю душу во всё, что бы они ни делала. Ана, наоборот, живёт легко.
Может, Синельников что-то и преувеличивает, но в целом из его рассказа складывается цельный образ. Отказаться от любви по расчёту, от перспективной карьеры, но общаться с такими людьми, как Синельников, работать в сомнительном Продюсерском центре Векшина. А ведь в этом нет противоречия. Ана не честная, не принципиальная, а всего лишь делающая именно то, что ей хочется в тот или иной конкретный момент.
«А я в Гонолулу, потому что никогда не была на Гавайях, милый. Ты не представляешь, как здесь хорошо. Тепло, солнце, море. Ты не представляешь, как я люблю море», - на Синельникова не похоже, чтобы он мог придумать такое. Значит, это настоящая реплика Аны. Значит, у неё всё-таки есть душа. Но, быть может, и не человеческая, а своевольная душа обитательницы бесконечных морских глубин, душа бронзовой статуи Аганиппы, у которой в запасе столетия. Душа, способная по-настоящему любить только море, как и положено русалочьему племени.
И Синельников почувствовал это, хотя в силу своей ограниченности он не может выразить своё понимание иначе, чем словом "чокнутая". А Герман пока совсем не знает Ану, но и по мере сближения с ней он будет гнать от себя то, что будет понимать умом, но что не захочет принимать его настоящая, человеческая душа.
krugo_svetov
Jun. 22nd, 2018 05:18 am (UTC)
Вы очень точно определили характер Аны. Она делает то, что ей по душе. А вот какова ее душа? Думаю, Ана преподнесет нам еще немало сюрпризов.
odyly
Jun. 21st, 2018 09:01 pm (UTC)
После предыдущей главы сложно осуждать Германа за то, что, увлекшись Аной, он на время забыл о Лере. В этом, конечно, есть предательство. Но в то же время Герман столько лет жил под грузом платформы. Трудно осудить его за то, что ему захотелось немного пожить для себя. Главное, чтобы он не начал каяться Лере, как бы избавляясь от чувства вины через ее прощение. Это будет и пошло, и подло. А если Герман получит немного нового счастья, но сумеет сделать это так, чтобы жена ничего не узнала, то его можно будет и оправдать, и понять.
krugo_svetov
Jun. 22nd, 2018 05:21 am (UTC)
Такова жизнь. Мы все легко принимаем череду актов мелкого предательства. Но так живет большинство. Прожить без лжи и обмана по силам только пророкам и святым. А литература - она о нас с вами, об обычных людях.
roadleyek
Jun. 21st, 2018 09:41 pm (UTC)
"Вино в ресторане она заказывает стоимостью пять-шесть тысяч за бутылку, это минимум. Если будешь карточкой рассчитываться за ужин, оставь чаевые наличными хотя бы две-три тысячи, в баре тоже оставляй хорошие чаевые, хотя бы сто долларов".
Я так понимаю, Синельников ненавязчиво внушает Герману, что такая девушка, как Анастейша, не для него. Хитрый сукин сын! Но Герман молодец, не повелся и не испугался. И выдержка у него отменная. Я бы не сдержался и послал этого Синька подальше. Слишком уж мерзок он, вызывает только отвращение. Не представляю, как сама Анастейша с ним общается. Наверное, ей просто деваться некуда, ведь у них один круг общения.
krugo_svetov
Jun. 22nd, 2018 05:25 am (UTC)
Синек все равно идет у нее в кильватере. И старается что-то для нее сделать. Ей удобно с ним. А то что он человек скользкий - это ей неважно. В самой первой сцене она говорит, что небрезглива. В дальнейшем мы увидим, что поблизости от Аны могут появляться самые разнообразные человеческие типы, в том числе и неприятные.
Page 1 of 2
<<[1] [2] >>
( 34 comments — Leave a comment )

Profile

юзерпик1
krugo_svetov
krugo_svetov

Latest Month

September 2019
S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930     
Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow